предыдущая главасодержаниеследующая глава

"Мы принесли вам еще одного..."

'Мы принесли вам еще одного...'
'Мы принесли вам еще одного...'

На рассвете в Аратутаре странно и тревожно забили барабаны. Ритм был какой-то прерывающийся, как будто барабаны рыдали. Я сразу поняла, что в деревне происходит что-то необычное. Ни Велли, ни его жены в хижине не было. А барабаны все гремели. Я вышла из хижины.

Над ближним лесом стояла кровавая полоска зари. По деревне бесшумно метались люди, похожие на тени. В предрассветном сумраке с трудом угадывались черты их лиц. Тени-люди исчезли так же внезапно, как и появились. Неожиданно в этом предрассветном сумраке возникла вереница женщин. Белые одежды, распущенные волосы. Они показались мне русалками, вынырнувшими из тумана, который наползал с рисовых полей. Они были такими же бесплотными и расплывчатыми, как этот туман. "Русалки" проплыли мимо меня, почти не касаясь ногами земли. Первая из них вскинула темные тонкие руки к кровавой полоске зари и горестно заголосила. Другие как эхо отозвались громким плачем. Этот плач взлетел к предрассветному небу, и казалось, полоса зари отозвалась на него золотыми сполохами приближающегося солнца.

Вереница женщин распалась, взметнулись их распущенные волосы. В это время брызнули солнечные лучи, и женщины согнувшись стали мести этими распущенными волосами деревенскую площадь, на которой вчера танцевал Велли. Откровенно говоря, я растерялась. Если надо подмести площадь, то для этого есть веники.

Рыдающие звуки барабанов неслись над всей округой. Женщины громко плакали, и пыль площади летела из-под их волос. Рядом возник Велли и, капризно поджав губы, стал задумчиво смотреть на обезумевших женщин.

- Велли,- спросила я,- какое безысходное горе постигло сегодня на рассвете Аратутару?

- Никакое,- спокойно ответил Велли.

- А это что? - показала я на женщин.

- А! - махнул рукой Велли.- Они всегда так.

- Ты не юли,- рассердилась я.- Как это, "всегда так"?

- Очень просто,- виновато заморгал глазами Велли.- Сегодня - день годовой поминальной. Они плачут по Чатану и разметают зерна падди, из которых я им выложил на площади человечка. Человечек как будто Чатан,- пояснил Велли.

Теперь все стало на свои места.

...Чатан умер год назад в такой же ясный апрельский день. Дух его расстался с телом, к всеобщему огорчению деревни. Чатан был веселым человеком и лучше всех умел стучать на барабане. Отчего он умер, никто не знал. Даже Велли, жрец и вождь, ничего не мог сказать. Эту весть принес брат Чатана Дачан, и Велли от удивления только развел руками. Еще вчера Чатан полночи бил в барабан, под который они танцевали. А вот сегодня... Хоронить Чатана собрались все тридцать три рода адияноз. Ведь Чатана знали все как лучшего барабанщика в племени. Тело Чатана натерли маслом. Покрыли белым дхоти, а поверх него - красным дхоти. Бамбуковые носилки изготовили мужчины Аратутары. Чатана на носилки посадили, а не положили. Посадили как важного человека. Носилки подняли на плечи, и тут загремели барабаны. Они гремели всю дорогу до места погребения. Гремели на все джунгли, возвещая всем о горе адиянов.

Велли шел впереди всех. Потому что Велли был ответствен за судьбу духа Чатана. А это ответственность немалая. В лесу на пригорке для тела Чатана вырыли продолговатую яму, а в стене ямы сделали для Чатана специальное помещение. Каждого адияна кладут туда головой на юг. Велли вышел к яме и надтреснутым старческим голосом запел:

О Великий бог, 
О предки наших матерей, 
О предки наших отцов, 
О духи всех умерших! 
Мы принесли вам еще одного. 
Возьмите его себе. 
Заботьтесь о нем и не ссорьтесь.
Примите его в свою семью. 
Мы уходим, мы уходим, 
Оставляем его вам.

Так пел Велли. Все стояли вокруг и слушали. Даже женщины перестали плакать. Потому что Велли пел для

Великого бога. А им на этот раз был бог мертвых Чедулаперуман. Это к нему обращался Велли, это его он просил позаботиться о Чатане. Велли вложил в рот Чатану монету. Ведь Чедулаперуман будет заботиться о Чатане всего одну неделю. А потом выпустит его скитаться. И скитания эти продлятся год. Человеку нужно иметь монетку, чтобы напиться хоть чаю в придорожной харчевне. Велли знал по себе, как хочется чаю, когда увидишь придорожную харчевню. Чатана закопали, а сверху положили камни. Камень на голову, камень на ноги, камень на живот. Если Чатан и вздумает выскочить, камни не дадут ему это сделать. Вот для чего эти камни.

На седьмой день бог мертвых Чедулаперуман отпустил дух Чатана. Он отпустил его в полдень. Так "сообщил" бог жрецу Велли, а Велли сказал об этом в деревне. И в Аратутаре устроили по этому поводу церемонию. Все очень старались. Приготовили рис с шафраном, уложили в листья кувы рассыпчатые вареные коренья. Лучшую часть приготовленных блюд отнесли на могилу Чатана. Пусть подкрепится перед годовым скитанием. Сытому духу, как известно, дурные мысли не лезут в голову.

Но церемония седьмого дня не спасала жену Чатана от приставаний духа. Жене надо было спасаться самой. И в течение года она делала то, что делают обычно адияны, когда им грозит приставание духа. Жена Чатана не мылась, не умывалась, не причесывалась, не стирала одежду и не меняла ее. Говорят, когда однажды дух Чатана сунулся в свою хижину, то обнаружил там вместо любимой жены грязное всклокоченное существо. От существа исходил такой дух, что Чатан чихнул и в отвращении закрыл глаза. С такой грязной женщиной ему не хотелось иметь дела. И действительно, больше дух Чатана не появлялся в деревне. Где он скитался и что делал - этого не знал даже Велли.

А через год наступил тот предрассветный час, когда женщины Аратутары превратили свои волосы в веники. Чисто выметя столь оригинальным способом деревенскую площадь, они перестали плакать и причитать и занялись приготовлением пищи, которой надо было сегодня накормить дух Чатана. Дух был накормлен на славу и в этот же день сытый и довольный - так считали женщины - удалился в Каратанаду - Черную страну, где нет солнца, но где обитают все духи умерших и, конечно же, духи предков. Каратанаду находится где-то внизу, поэтому солнце туда не заглядывает. Но не спешите с выводами. Каратанаду, оказывается, не такая простая страна. Там, утверждают адияны, есть помещики - поканы. Они нанимают духов умерших на работу и даже платят им аванс при этом найме. Поэтому духи адиянов продолжают там так же трудиться на полях помещиков, как это делают живые адияны. И видимо, этому труду нет конца...

В этом мире, где есть солнце, но нет земли, помещики дали племени свое название - адияны, что значит "рабы". Сами адияны называют себя по-другому - раула. Значения этого слова они не помнят. Теперь все зовут их адияны. Рабы в прошлом, они сейчас превращены в батраков и плантационных кули. У некоторых из них, и у Велли в частности, есть маленькие клочки рисовых полей. Но ни эти рисовые поля, ни поденная зарплата кули не обеспечивают адияна достаточным количеством еды и одежды. Поэтому адияны, как и их далекие предки, уходят охотиться в джунгли. А их женщины копают в лесу съедобные коренья.

Свою историю адияны помнят плохо. Старики толкуют что-то об арийце-брамине, который оказался наряду с женщиной-раула ответственным за появление адиянов. Но перед тем как брамин занялся этим полезным делом, его за какие-то провинности исключили из собственной касты. Ну что же, возможно, было и так. И средиземноморцы и арийцы, живя бок о бок с лесными австралоидами в течение многих веков, могли с ними смешиваться.

Но есть у племени и другие сведения. Сведения о тех отдаленных временах, когда земля адиянов еще не знала браминов. Велли об этом поет так:

 Сначала было небо, 
 Сначала была земля. 
 Потом на небе высыпали звезды, 
 А после звезд появилась Тондаркотэ. 
 Тондаркотэ - большая гора. 
 На горе этой родился, 
 На горе этой жил 
 Великий бог гор Малакари. 
 И однажды он спустился с горы. 
 Он на тигре спустился с горы 
 Его руки сжимали стрелы, 
 Его руки сжимали лук. 
 Он спустился с горы 
 И пошел в лес. 
 И увидел там племя раула 
 И стал Великим богом племени. 
 Богом, который заботится о раула,
 Богом, который спасает от болезней.

Поселки адиянов... Бамбуковые хижины, крыши, крытые рисовой соломой. Они гнездятся среди гор и лесов вокруг городка Маннантоди, что в тридцати милях от Султанской батареи.

Я уезжала из Аратутары на "джипе", который достал господин Кришнан. Луна ярко освещала проселочную дорогу, бегущую под колесами машины. На обочине дороги в призрачном лунном свете застыли священные деревья, каменные платформы. И казалось, что камни-боги, принимая странные очертания человеческих фигур, поворачивают свои темные древние лица к нам.

предыдущая главасодержаниеследующая глава



© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://india-history.ru/ "India-History.ru: История и культура Индии"